Случайный афоризм
Мы думаем особенно напряженно в трудные минуты жизни, пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

незаметно уйти из города и отсидеться, переждать облавы, которые устраивал
отряд.
     Взяв детей, Першин отправился в лес,  девочки  весело  резвились.  Он
подумал, как быстро здесь забывается жизнь по ту сторону забора -  то  был
печальный давний  сон,  который  помнился  смутно  и  таял,  чтобы  вскоре
исчезнуть вовсе.
     Дочки радостно гонялись друг за другом на зеленой поляне, и он, глядя
на них, испытывал угрызения  совести  за  то,  что  уделяет  им  так  мало
внимания.
     К полудню  набежали  облака,  но  день  оставался  теплым,  сонливым,
безветренным, в разрывах облаков застенчиво показывалось солнце,  и  можно
было подумать, что тишь и покой царят по всей земле.
     Был Евстигней, прозванный житником, один  из  четырех  дней,  которые
после  медового   Спаса   предвещают   нрав   оставшихся   месяцев   года:
Степан-сеновал   определяет    погоду    сентября,    Антон-вихревей    да
Исаакий-малинник  укажут  на  октябрь,  Авдотья-огуречница   предсказывает
ноябрь, а Евстигней-житник сулит нам, каким случится далекий декабрь.
     Девочки загляделись на  неизвестно  откуда  взявшуюся  чистюлю-кошку,
которая с аппетитом ела траву, когда  на  поясе  Першина  заскулил  бипер,
маленький экран указал номер телефона: на связь вызывал штаб отряда.
     Першин неохотно позвонил, в груди у него  ныло  предчувствие:  что-то
стряслось.  Наблюдатели  отметили  странную  активность   в   Министерстве
обороны, в Генеральном штабе, в зданиях КГБ на Лубянке  и  в  секретариате
коммунистической партии. Повсюду в служебных помещениях царила  непонятная
суета, в тоннелях,  связывающих  Старую  площадь  с  Кремлем  и  Лубянкой,
происходило загадочное  движение,  какого  не  наблюдали  прежде;  бункеры
управления и связи на  Знаменке,  под  Арбатской  площадью,  Воздвиженкой,
Пречистенским бульваром и на  Хамовнической  набережной  по  неясной  пока
причине были приведены в состояние повышенной готовности.
     Першин испытывал досаду:  даже  в  тихое,  спокойное  воскресенье  не
удалось побыть с детьми.
     К утру новости стали расти, как снежный  ком,  Першин  собрал  отряд.
Стало известно,  что  три  группы  из  разных  управлений  госбезопасности
собраны по тревоге на спортивной базе. Это был  зловещий  признак:  группа
"А"  из  отдела  борьбы  с  терроризмом  участвовала  в  январском  штурме
литовского телецентра, две другие группы - "Зенит" ("Z") и "Каскад"  ("К")
из управления внешней разведки использовались  в  операциях  за  границей,
подобных штурму президентского  дворца  в  Кабуле,  когда  убили  Амина  и
началась  афганская  война,  или  десанту  на  Прагу,   когда   арестовали
правительство.
     К рассвету потоком пошли сообщения о движении войск к  Москве.  Стало
понятно, что это переворот. Першин приказал изготовить оружие -  личное  и
то, что  отряд  до  сих  пор  не  применял:  ручные  пулеметы,  реактивные
стреляющие  с  плеча  базуки,  ранцевые  огнеметы...   Теперь   он   понял
беспокойство генерала, отца  Лизы:  тот  все  знал  заранее,  возможно,  и
готовил.
     К утру в городе было полно войск. Перекрыв уличное движение, к центру
двигались танки и бронетранспортеры; отряд погрузился на машины и в полном
составе прибыл на Пресненскую набережную.  В  белом,  похожем  на  корабль
здании было суетно, в толчее и неразберихе носились  озабоченные  люди,  и
нельзя было ничего понять; кроме постовых  милиционеров,  охраны  не  было
никакой, и вздумай кто-нибудь захватить сейчас здание, большого труда  это
не составило бы. Вероятно,  такая  же  неразбериха  наблюдалась  сейчас  у
другой стороны, потому что время шло, а признаков нападения не было,  даже
телефоны работали исправно: ни городскую, ни международную связь никто  не
отключал.
     Разместив людей, Першин решил осмотреть подземные  этажи,  подвалы  и
президентский бункер, который  по  всем  документам  проходил  как  объект
N_100. Вниз вели обычные бетонные ступеньки. Вместе с техником-смотрителем
Першин спустился в подвал и  увидел  массивную  бронированную  герметичную

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.