Случайный афоризм
Поэзия бывает исключительною страстию немногих, родившихся поэтами; она объемлет и поглощает все наблюдения, все усилия, все впечатления их жизни. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

бульваром, с третьей стороны текла Москва-река.
     Это  было  странное  место,  дурная   слава   которого   тянулась   с
незапамятных времен. Московская молва спокон веку нарекла его Чертольем  и
связала с темными силами: немногие люди осмеливались здесь жить, случайные
прохожие  испытывали  смутное  беспокойство.  Убравшись  отсюда,   человек
испытывал заметное облегчение, словно душу отпустили на покаяние.
     Преследуя  противника,  отряд  оказался  в  старом   Ваганькове   под
прекрасным и знаменитым домом, который стоит здесь с восемнадцатого  века.
Прежде на этом месте располагалась усадьбы царя Ивана IV,  который  помимо
того, что имел  грозный  нрав,  был  крупнейшим  магом,  чернокнижником  и
чародеем. Еще раньше  на  холме  стоял  дворец  его  прапрабабки,  великой
княгини московской Софьи.  В  старом  Ваганькове,  названном  так  по  той
причине, что первыми здесь поселились шуты и скоморохи - ваганты, вниз  на
немыслимую глубину уходит гигантский белокаменный колодец, от  которого  в
разные стороны расходятся  коридоры;  весь  ваганьковский  холм  прорезают
древние кирпичные галереи.
     Спустившись под холм, отряд вышел в подземелья  Ленивки  и  Лебяжьего
переулка, откуда старые, выложенные растрескавшимся белым известняком ходы
направлялись к упрятанным под землю Неглинке и кремлевским погребам,  и  в
другую сторону, к бассейну, где стоял прежде храм Христа Спасителя, а  еще
раньше - женский Алексеевский монастырь.
     Чертолье было изрезано внизу на разных уровнях, с каждым  днем  отряд
спускался все ниже.
     В темноте Бирс и Ключников, задыхаясь,  ползли  по  узкому  земляному
лазу. Они не зажигали фонарей, чтобы не превратиться в мишени, и ползли  в
кромешной черноте, как кроты; иногда сверху падали комья глины и  осыпался
песок, они замирали с опаской, страшась обвала; пережидая, лежали  ничком,
уткнувшись носами в землю. Хартману они приказали держаться сзади,  но  он
то и дело приближался, норовя оказаться рядом;  им  приходилось  орать  на
него, чтобы он отполз в безопасное место.
     Здесь полным-полно было таких лазов, нор, ходов, отрытых  повсюду  на
большой глубине. Пройти  их  стоило  большого  труда.  Иногда  из  темноты
раздавался выстрел или автоматная очередь. Если бы не бронежилеты и  шлемы
из титановых пластинок, их давно уже перебили бы. Часто случались  обвалы:
порода  внезапно  рушилась,  продвижение   замедлялось,   пока   саперными
лопатками откапывали проход.
     Им казалось, они здесь давно. Мокрые от пота, надсадно дыша, они  час
за часом продвигались под землей все дальше и дальше, принимая иногда бой:
огонь вели на поражение, зная, что пленных не  будет,  поливали  очередями
невидимую в темноте цель. Если быстро подавить сопротивление не удавалось,
Першин давал команду, и  сопло  ранцевого  огнемета  выплевывало  огненную
струю, которая яркой дугой прорезала темень.
     К ночи отряд выбрался к штреку с бетонным покрытием. Отсюда  отходили
боковые коридоры, которые, в свою  очередь,  делились,  образуя  лабиринт.
Дорогу часто преграждали стальные двери, задраенные  наглухо  на  винтовые
запоры; каждую дверь приходилось открывать с помощью взрывчатки.
     От непрерывной стрельбы замкнутое  пространство  заполнили  пороховые
газы, копоть и цементная пыль -  дышать  было  нечем.  Частые  выстрелы  с
особой силой гремели в сдавленной бетоном тесноте,  пули  с  оглушительным
звоном били по стенам, выбивая  мелкую  крошку,  все  оглохли,  ушам  было
больно, и казалось, разламывается голова.
     Время от времени стрельба прекращалась, противник  менял  позицию,  и
отряд переходил на бег, чтобы не дать ему оторваться.  Грязные,  оглохшие,
мокрые от пота, задыхающиеся, с камуфляжной краской и  копотью  на  лицах,
они тяжело бежали с автоматами наперевес, гул и грохот катились  бетонными
коридорами, грузный топот сотрясал стены, будто не люди  бежали,  а  стадо
буйволов.
     Отряд хорошо знал маневр. В опасных местах они короткими  перебежками
поочередно выдвигались  вперед,  подстраховывали  друг  друга,  брали  под
прицел  все  уступы,  углы,  щели  и  отверстия,  простреливаемые  участки

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.