Случайный афоризм
Проблема искусства есть проблема перевода. Плохие писатели те, кто пишут, считаясь с внутренним контекстом, не известным читателю. Нужно писать как бы вдвоем: главное здесь, как и везде, - научиться владеть собою. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

выть и кататься, биться головой,  матерясь,  и  проклинать  тех,  кто  это
затеял.
     Из Ташкента капитана  отправили  в  московский  госпиталь  -  москвич
как-никак. После госпиталя он мог выбрать  место  службы,  самое  страшное
было позади, впереди открылась  гладкая  накатанная  дорога  к  званиям  и
чинам.
     - Хочу демобилизоваться, - заявил Першин в управлении кадров.
     - Капитан, ты в своем уме?! - удивился кадровик-полковник.
     - Вполне. А ты? - вежливо осведомился Першин.
     К тому времени он  твердо  решил,  что  пошлет  их  всех  подальше  -
генералов, болтунов-политработников, лживых и бездарных деятелей, всю  эту
сучью свору дармоедов и захребетников, которая оседлала страну.
     ...Лиза была сиротой при живых родителях. Лишь изредка  она  украдкой
встречалась с матерью - тайком от отца.
     Першин познакомился с ней в госпитале,  Лиза  проходила  студенческую
практику на пятом курсе медицинского института.
     Он отметил ее сразу в  стайке  студентов,  которые  в  белых  халатах
слонялись по отделениям в ожидании профессора. Как она  двигалась!  Точно,
расчетливо,  но  и  свободно,  раскованно,   с   поразительной   воздушной
легкостью; движение доставляло ей радость, и когда она  шла,  даже  издали
бросалась в глаза ее пленительная летящая поступь.
     Першин увидел ее, почувствовал волнение в крови и забил копытом,  как
боевой конь при звуке трубы.
     - Доктор! - разлетелся он к ней с загипсованной рукой  на  отлете.  -
Мне нужна срочная помощь!
     - Что с вами? - удивилась юная медичка и глянула на смельчака-верзилу
ясными глазами.
     - Сердце, - показал он здоровой рукой. - Сквозное ранение.
     - У вас рука в гипсе, - уточнила она диагноз.
     - Рука - это видимость. У меня душа в гипсе и сердце в крови.  Прямое
попадание.
     - Вы офицер? - спросила она невинно и как бы невзначай,  хотя  и  так
понятно было: в отделении лежали одни офицеры.
     - Так точно: капитан!
     - А шутки у вас солдатские! - обронила она с улыбкой.
     Он опешил на миг - не ожидал, но про себя отдал ей должное: как умело
она отбрила его; Першин был из тех, кто не лезет в карман за словом, но не
нашелся - сник и увял: поморгал обескураженно и с кислой улыбкой  поплелся
восвояси.
     У себя в роте капитан без  устали  повторял  подчиненным,  что  самое
пагубное на фронте - это недооценить противника, не рассчитать своих сил.
     Да,  он  недооценил  ее,   понятное   дело,   обманчивая   внешность,
легкомысленный вид: туфельки-шпильки, подведенные глазки, губки накрашены,
юбчонка-мини, резвые ножки напоказ. Не мудрено, что капитан очертя голову,
как гусар, кавалерийским наскоком кинулся на приступ.  Он  рассчитывал  на
быстрый и легкий успех, получив отпор,  раздосадованно  побрел  в  палату,
чтобы в тишине пережить позор.
     По правде говоря, он напрасно себя ругал. Ее  внешность  кого  угодно
могла ввести в заблуждение, всякий сказал бы: вертихвостка! И был бы прав:
Лиза с детства занималась  художественной  гимнастикой.  Вот  откуда  этот
плавный  летящий  шаг,  гибкая  воздушная  легкость,   эта   пленительная,
вкрадчивая и дерзкая поступь, счастье  движения...  Глядя  на  нее,  любой
человек сам испытывал радость, что может двигаться - способен, не обделен;
в ее исполнении это был высший дар, которым Бог наградил живое существо.
     А талия, осиная талия, смотреть больно и страх берет: не переломилась
бы. Вот что значит изо дня в день,  из  года  в  год  подневольный  режим,
каждый грамм на счету. В ее походке отчетливо сказывался  балетный  класс:
упражнения у станка, спина, осанка... И ничего больше не надо,  только  бы
смотреть, как она двигается: нет зрелища заманчивее, чем птичий полет.
     Вскоре  она  и  сама  пришла  в  палату  с  лечащим  врачом,  который

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.