Случайный афоризм
Всякий писатель может сказать: на безумие не способен, до здоровья не снисхожу, невротик есмь. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1805 году родился(-лась) Ганс Христиан Андерсен


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

были отчетливо видны яркие вспышки, автоматы били по сортиру, от  которого
во все стороны летели куски окаменелой глины.
     Ключников  прицелился  и  пустил  несколько  коротких   очередей   по
вспышкам, потом по дну арыка переполз на другое место, и пока полз,  сухие
листья оглушительно шуршали под ним, как жесть.
     Ни звука не было теперь, ни движения - в казарме, рядом и  вокруг.  И
Ключников лежал без движения, прислушивался,  вглядываясь  в  темноту,  но
непроглядная ночь безраздельно царила  вокруг,  и  умолкшие  при  стрельбе
цикады вскоре возобновили громкий хоровой стрекот.
     Выждав, Сергей выбрался из  арыка  и  пополз  по  земле  за  кустами,
окаймляющими арык. Он обогнул плац и подкрался к казарме с другой стороны.
Начинало светать, ночь размылась, темнота  уже  не  была  столь  густой  и
слабела, слабела, вскоре в ней проступили плоские крыши кишлака  и  склоны
окрестных холмов. Все было тихо вокруг, безмятежно, в мире и покое  лежала
земля, не верилось, что идет война, умиротворение легло на долину, и Божья
благодать снизошла с небес, чтобы успокоить ожесточенных людей.
     Ключников осторожно приблизился к  крыльцу.  На  ступеньках  и  рядом
лежали моджахеды, которых настиг его автомат. Двое из них были  еще  живы,
но не двигались, лишь изредка бессильно открывали глаза, видно, он  тяжело
ранил их, и  теперь  они  медленно  умирали,  равнодушные  ко  всему,  что
творилось вокруг. Лица их были спокойны - ни печали, ни гнева, они  знали,
что умирают, и уже отрешились от земных забот, уходя на вечное  поселение;
терпеливо и покорно ждали они конца.
     Теперь следовало зайти в казарму. С начала боя из нее никто не вышел,
никто не мелькнул в окне, словно она была пуста. Ключников открыл дверь  и
постоял, прислушиваясь, держа палец на спусковом крючке.
     Как он догадывался, моджахеды вырезали всю роту. В казарме никто даже
не проснулся, все лежали на своих койках, и дневальный сидел на месте, где
настигла его смерть. Одних убили старым, испытанным на востоке способом  -
шомполом в ухо: короткое движение и мгновенная бесшумная смерть, ни стона,
ни крика, человек погибал в один миг  без  всякой  паузы  между  жизнью  и
небытием, другие лежали с перерезанным горлом.
     Непривычно тихо было в казарме, где всегда стоял  шум,  гремел  смех,
гомон,  ругань,  и  даже  ночью  тишину  нарушали  стоны,  храп  и  сонное
бормотание.  А  сейчас  было  неестественно  тихо,  в  тишине  странно   и
необъяснимо на всю казарму стучала громкая  дождевая  капель.  Недоумевая,
Ключников осмотрелся и понял: по всей казарме с частым  отчетливым  стуком
на пол падали с кроватей тяжелые капли крови.
     Ключников добрел до входной двери и прислонился к  косяку  -  не  мог
стоять,  его  рвало.  Он  сполз  на  колени,  но  легче  не  стало,  рвота
выворачивала его наизнанку,  он  с  трудом  выбрался  за  порог,  шатаясь,
спустился с  крыльца,  где  лежали  моджахеды,  и  медленно,  вспотык,  на
подгибающихся от слабости ногах, побрел прочь, не замечая,  что  на  дворе
уже день.
     Ясный,  погожий  день  разливался  вокруг  насколько  хватало   глаз,
разгорался,  затопляя  светом  долину,  кривые  улочки  кишлака,   склоны,
соседние холмы и дальние, на  излете  взгляда,  снежные  вершины,  которые
окрасило встающее солнце.
     Ключников попал в госпиталь, хотя на теле не было ни  царапины.  Боль
теснилась в груди, и стоило уснуть,  подкрадывался  один  и  тот  же  сон:
смуглые черноволосые улыбчивые афганцы в длинных белых рубахах, жилетах  и
шароварах приближались беглым шагом. Ключников не мог двинуться с места.


     ...рассветный туман  взбухал  над  косогорами  и  заросшими  оврагами
Коломенского и Нагатинской поймы, густел и под слабым ветром  двигался  на
Москву. Окутав Кожухово, туман полз к Таганскому холму, затягивал по  пути
Крутицы и расползался вширь - к Рогожской заставе и по другую сторону реки
в Кожевники.
     Белая мгла стояла над московскими логами и урочищами: в  Котельниках,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.