Случайный афоризм
Никто не может быть хорошим поэтом без душевного огня и без некоторого вдохновения - своего рода безумия. То же самое говорят Демокрит и Платон. Марк Туллий Цицерон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

дочери.
     - Зачем мне думать, у меня муж есть, - возразила Лиза. - Как  скажет,
так и будет.
     Андрей не мог сдержаться, рассмеялся. Если б не она,  разговор  вышел
бы злой, обидный - горшки вдребезги. Но она на самом деле отныне и  впредь
была всегда с ним, держала его сторону,  как  ни  уламывали  ее  родители,
друзья, знакомые, орава доброжелателей, она осталась  с  ним  и  была  ему
верна, как никто.
     После   рапорта   армейские   начальники   мордовали   его,    пугали
дисциплинарным  батальоном,  но  отпустили,  отпустили,  в  конце  концов,
уволили в запас с характеристикой - краше в гроб кладут.
     И вот она, свобода: свободен, свободен, свободен,  наконец!  Но  куда
деться, куда податься, если твоя профессия - убийца, если только и умеешь,
что стрелять, драться, орудовать ножом, если другому тебя не научили -  на
что ты годен в этой жизни?
     Першин пошел грузчиком в мебельный магазин,  не  Бог  весть  что  для
боевого офицера, но  работа  без  дураков:  погрузил,  получил...  Генерал
отказал ему от дома, Першин так и  остался  для  них  посторонним.  Чужак,
чужак! - и не просто чужак, вражеский лазутчик, который проник в их стан.
     Как они ненавидели его! Он отринул их стаю, отверг их веру, обратил в
свою их дочь, плоть от плоти - отбил от стаи, увел.
     Теперь они не ездили в  Бор,  не  бывали  на  генеральской  даче,  не
получали генеральские заказы, не ездили на генеральских машинах. Терпеливо
и кротко несла его жена свой крест и ни словом, ни взглядом  не  упрекнула
его никогда, не жаловалась, что живет не так, как ей подобает и как  могла
бы.
     Однажды его вызвали в военкомат. Майор,  начальник  отделения,  долго
разглядывал военный билет и учетную  карточку  и  не  выдержал,  развел  в
недоумении руками:
     - Ничего не понимаю: десантник, капитан, боевой офицер, наград  полно
и грузчик в магазине!
     - Мне семью кормить надо, - хмуро ответил Першин.
     - Другой работы не нашлось?
     - Нормальная работа. Я, по крайней мере, не дармоед.
     - А кто дармоед? - недобро прищурился начальник отделения.
     - Слушай, майор, не заводи меня. Я знаю кто. И ты знаешь.
     - И кто же? Советую думать. Думай  о  последствиях,  капитан,  думай,
понял? Ну давай, говори... Кто дармоед? Ну?!
     - Не понукай, не запряг. И не стращай меня, я все видел.  Такие,  как
ты, на войне дерьмом от страха исходили. У нас генералов - пруд пруди,  во
всем мире столько нет. А уж полковников...
     - Так, понятно, - кивнул майор. - Все, капитан. Тебе это не сойдет.
     - Разжалуете? - улыбнулся Першин. - Дальше грузчика не пошлете.
     Первое время они жили в двухкомнатной квартире с  родителями  Андрея.
Позже Першин купил однокомнатную  квартиру,  и  они  жили  в  ней  сначала
вдвоем, после рождения дочери втроем, а теперь, с тех  пор,  как  родилась
вторая дочь - вчетвером.
     Лиза работала врачом, вела дом, растила детей, и это  было  все,  что
Андрей мог ей предложить.  Она  не  роптала,  однако  в  глубине  души  он
чувствовал себя виноватым: поступи он так, как хотел генерал - по здравому
смыслу и житейскому благоразумию и  как  поступили  бы  все  их  знакомые,
отнюдь не плохие люди, жизнь, вероятно, была бы другой.
     К тридцати годам Першин по-прежнему  работал  грузчиком  в  мебельном
магазине, по вечерам учился на экономическом факультете.
     На работе ему приходилось несладко. Он дал себе слово ни  во  что  не
встревать,  пока  не  закончит  институт,  надо  было  кормить  семью,  но
удерживался с трудом, чтобы не вспылить: первичная организация коммунистов
существовала в магазине как ни в чем ни бывало.
     Это был какой-то нелепый  заповедник,  бред,  несуразица,  дурдом:  в
магазине  по-прежнему  выходила  стенная   газета   "За   коммунистическую

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.