Случайный афоризм
Писатель скорее призван знать, чем судить. Уильям Сомерсет Моэм
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

смертный приговор, я действовал в соответствии с их решением. Защита по-
дала на апелляцию, указывая, что на  присяжных  было  оказано  давление.
Апелляцию отклонили, и приговор привели в исполнение. Я заявляю, что со-
весть моя в данном случае чиста. Приговорив к смерти убийцу, я  выполнил
свой долг, и только.
   - ...Ну как же, дело Ситона! - вспоминал Армстронг. - Приговор  тогда
удивил всех. Накануне он встретил в ресторане адвоката Маттьюза. "Оправ-
дательный приговор у нас в кармане - никаких сомнений тут  быть  не  мо-
жет", - уверил он Армстронга. Потом до Армстронга стали доходить  слухи,
будто судья был настроен против Ситона, сумел обвести присяжных,  и  они
признали Ситона виновным. Сделано все было по закону: ведь старый  Уорг-
рейв знает закон как свои пять пальцев. Похоже, что у него  были  личные
счеты с этим парнем. Воспоминания молниеносно пронеслись в мозгу  докто-
ра.
   - А вы встречались с Ситоном? Я имею в виду-до процесса, - вырвался у
него вопрос; если б он дал себе труд подумать, он никогда бы его не  за-
дал.
   Прикрытые складчатыми, как у ящера, веками, глаза остановились на его
лице.
   - Я никогда не встречал Ситона  до  процесса,  -  невозмутимо  сказал
судья.
   "Как пить дать врет", - подумал Армстронг.
   - Я хочу вам рассказать про этого мальчика - Сирила Хамилтона, - ска-
зала Вера. Голос у нее дрожал. - Я была его гувернанткой. Ему  запрещали
заплывать далеко. Однажды я отвлеклась, и он уплыл. Я кинулась за ним...
Но опоздала... Это был такой ужас... Но моей вины в этом  нет.  Следова-
тель полностью оправдал меня. И мать Сирила была ко мне очень добра. Ес-
ли даже она ни в чем меня не упрекала, кому... кому  могло  понадобиться
предъявить мне такое обвинение? Это чудовищная несправедливость... - она
зарыдала.
   Генерал Макартур потрепал ее по плечу.
   - Успокойтесь, милочка, успокойтесь, - сказал он. - Мы вам верим.  Да
он просто ненормальный, этот тип. Ему место в сумасшедшем доме. Мало  ли
что может прийти в голову сумасшедшему. - Генерал приосанился, расправил
плечи. - На подобные обвинения лучше всего просто не обращать  внимания.
И все же я считаю своим долгом сказать, что в этой истории про  молодого
Ричмонда нет ни слова правды. Ричмонд был офицером в моем полку. Я  пос-
лал его в разведку. Он был убит. На войне это случается сплошь и  рядом.
Больше всего меня огорчает попытка бросить тень на мою жену. Во всех от-
ношениях безупречная женщина. Словом, жена Цезаря...
   Генерал сел. Трясущейся рукой пощипывал усики. Видно, эта речь стоила
ему немалых усилий.
   Следующим взял слово Ломбард. В глазах его прыгали чертики.
   - Так вот, насчет этих туземцев... - начал он.
   - Да, так как же с туземцами? - сказал Марстон.
   Ломбард ухмыльнулся.
   - Все - чистая правда! Я их бросил на произвол судьбы.  Вопрос  само-
сохранения. Мы заблудились в буше. И тогда я с товарищами смылся, а  ос-
тавшийся провиант прихватил с собой.
   - Вы покинули ваших людей? - возмутился генерал Макартур.  -  Обрекли
их на голодную смерть?
   - Конечно, поступок не вполне достойный представителя белой расы,  но
самосохранение - наш первый долг. И потом, туземцы не боятся  умереть  -
не то что мы, европейцы.
   Вера подняла глаза на Ломбарда.
   - И вы оставили их умирать с голоду?
   - Вот именно, - ответил Ломбард, и его смеющиеся глаза прямо  посмот-
рели в испуганные глаза девушки.
   - Я все пытаюсь вспомнить - Джон и  Люси  Комбс,  -  протянул  Антони
Марстон. - Это, наверное, те ребятишки, которых я задавил неподалеку  от

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.