Случайный афоризм
Произведения, написанные с удовольствием, обычно бывают самыми удачными, как самыми красивыми бывают дети, зачатые в любви.
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Армстронг и Ломбард перенесли бездыханное тело Марстона в спальню,  нак-
рыли его простыней.
   Когда они вернулись в холл, гости, сбившись в кучку, испуганно молча-
ли, а кое-кого била дрожь, хотя вечер стоял теплый.
   - Пора спать. Уже поздно, - сказала, наконец, Эмили Брент.
   Слова ее прозвучали весьма уместно: часы давно пробили полночь, и все
же гости не спешили расходиться. Было видно, что они боятся  остаться  в
одиночестве.
   - Мисс Брент права, - поддержал ее судья, - нам пора отдохнуть.
   - Но я еще не убрал в столовой, - сказал Роджерс.
   - Уберете завтра утром, - распорядился Ломбард.
   - Ваша жена чувствует себя лучше? - спросил дворецкого Армстронг.
   - Поднимусь, посмотрю. - Чуть погодя Роджерс вернулся. - Она спит как
убитая.
   - Вот и хорошо, - сказал врач. - Не беспокойте ее.
   - Разумеется, сэр. Я приберусь в столовой, закрою  двери  на  ключ  и
пойду спать, - Роджерс вышел в столовую.
   Гости медленно, неохотно потянулись к лестнице.
   Будь они в старом доме со скрипящими половицами и темными закоулками,
доме, где обшитые панелями стены скрывали потайные ходы, их страх был бы
вполне объясним. Но здесь - в этом ультрасовременном особняке? Здесь нет
ни темных закоулков, ни  потайных  дверей,  а  комнаты  заливают  потоки
электрического света и все сверкает новизной! Нет, здесь  не  скроешься!
Ничего таинственного тут нет! И быть не может! Но это-то и вселяло в них
ужас...
   На площадке второго этажа гости пожелали друг Другу спокойной ночи  и
разошлись по комнатам. Войдя к себе, каждый машинально, даже не  отдавая
себе в этом отчета, запер дверь на ключ.
   В веселой светлой спальне раздевался, готовясь ко  сну,  судья  Уорг-
рейв. Он думал об Эдуарде Ситоне. Ситон стоял перед ним как живой. Блон-
дин с голубыми глазами, чей искренний взгляд производил прямо-таки неот-
разимое впечатление на присяжных.
   Государственный обвинитель Ллуэллин не обладал чувством меры. Он выс-
тупал крайне неудачно. Пережимал, доказывал то, что не нуждалось в дока-
зательствах. Матгьюз, адвокат, напротив, оказался на  высоте.  Он  умело
подал факты в пользу обвиняемого. На перекрестном допросе ловко  запуги-
вал и запутывал свидетелей. Мастерски подготовил выступление своего кли-
ента.
   Да и сам Ситон на перекрестном допросе держался великолепно. Не  вол-
новался, не оправдывался, сумел расположить к  себе  присяжных.  Маттьюз
считал, что оправдательный приговор у него в кармане.
   Судья Уоргрейв старательно завел часы, положил их на  ночной  столик.
Он помнил это судебное заседание так, будто оно происходило вчера,  пом-
нил, как он слушал свидетелей, делал заметки, собирал  по  крохам  улики
против обвиняемого. Да, такие процессы бывают не часто! Маттьюз произнес
блестящую речь. Ллуэллину не удалось рассеять хорошее впечатление от ре-
чи адвоката. А перед тем, как присяжным удалиться  на  совещание,  судья
произнес заключительное слово...
   Судья осторожно вынул вставную челюсть, положил ее в стакан с  водой.
Сморщенные губы запали, это придало его лицу жестокое, хищное выражение.
Судья опустил складчатые веки и улыбнулся сам себе: "Да, он не дал Сито-
ну убежать от расплаты".
   Ревматически хрустя костями, старый судья залез в постель и  выключил
свет.
   Внизу, в столовой, Роджерс глядел на фарфоровых негритят.
   - Чудеса в решете! - бормотал он. - Мог бы поспорить, что их было де-
сять.
   Генерал Макартур ворочался с боку на бок. Никак не мог заснуть. Перед
ним то и дело возникало лицо Артура Ричмонда. Ему нравился Артур, он да-
же к нему привязался. Ему было приятно, что и Лесли этот молодой человек

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.