Случайный афоризм
Писатель скорее призван знать, чем судить. Уильям Сомерсет Моэм
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

он прятался все эти дни и куда скрылся? Жители Стиклхевна абсолютно уве-
рены, что никто не мог покинуть остров до прихода лодки. А в таком  слу-
чае... - он запнулся.
   - Что в таком случае? - спросил сэр Томас Легг.
   Инспектор вздохнул. Покачал головой. Наклонился к помощнику  комисса-
ра:
   - В таком случае, кто же их убил? - спросил он.
 
 
   РУКОПИСЬ, КОТОРУЮ ПЕРЕСЛАЛ В СКОТЛАНД-ЯРД КАПИТАН РЫБОЛОВЕЦКОГО СУДНА
"ЭММА ДЖЕЙН"
 
   Еще в юности я понял, сколь противоречива моя  натура.  Прежде  всего
скажу, что романтика пленяла меня всю жизнь. Романтический прием приклю-
ченческих романов, которыми я зачитывался  в  детстве:  важный  документ
бросают в море, предварительно запечатав его в бутылку, неизменно сохра-
нял для меня очарование. Сохраняет он его и сейчас - вот почему я и  ре-
шил написать исповедь, запечатать ее в бутылку и доверить  волнам.  Один
шанс из ста, что мою исповедь найдут и тогда (возможно, я напрасно  льщу
себя такой надеждой) доселе не разрешенная тайна  Негритянского  острова
будет раскрыта.
   Но не только романтика пленяла меня. Я упивался, наблюдая гибель  жи-
вых существ, наслаждался, убивая их. Мне  нравилось  истреблять  садовых
вредителей...
   Жажда убийств была ведома мне с детских лет. Вместе с ней во мне жило
глубоко противоположное, но мощное  стремление  к  справедливости.  Одна
мысль о том, что по моей вине может погибнуть не только  невинный  чело-
век, но даже животное, преисполняла меня ужасом. Я  всегда  жаждал  тор-
жества справедливости.
   Я думаю, что это объяснит человеку, разбирающемуся в  психологии,  во
всяком случае, почему я решил стать юристом, - при моем складе характера
это был закономерный выбор. Профессия юриста отвечала чуть не всем  моим
стремлениям.
   Преступление и наказание всегда привлекали меня.
   Я с неизменным интересом читаю всевозможные детективы и  криминальные
романы. Я нередко изобретал сложнейшие способы убийства - просто,  чтобы
провести время.
   Когда наконец я стал судьей, развилась и еще одна черта моего  харак-
тера, до сих пор таившаяся под спудом.
   Мне доставляло неизъяснимое наслаждение наблюдать, как  жалкий  прес-
тупник уже на скамье подсудимых пытается уйти от наказания, но  чувству-
ет, что отмщение близится, что оно неотвратимо. Однако учтите:  вид  не-
винного на скамье подсудимых не доставлял мне удовольствия.
   Два раза, если не больше, когда мне казалось, что обвиняемый  невино-
вен, я прекращал дело: мне удавалось доказать  присяжным,  что  тут  нет
состава преступления. Однако  благодаря  распорядительности  полицейских
большинство обвиняемых, привлекаемых по делам об убийстве, были действи-
тельно виновны.
   Так обстояло дело и в случае с Эдвардом Ситоном.
   Правда, его внешность и манеры производили обманчивое  впечатление  и
ему удалось расположить к себе присяжных. Однако улики, пусть и не слиш-
ком впечатляющие, зато несомненные, и мой судейский опыт  убедили  меня,
что он совершил преступление, в котором его обвиняли, а именно, убил по-
жилую женщину, злоупотребив ее доверием.
   У меня сложилась репутация юриста, с легким сердцем посылающего людей
на виселицу, однако это более чем несправедливо. Мои напутствия  присяж-
ным всегда отличали справедливость и беспристрастность. Вместе с  тем  я
не мог допустить, чтобы наиболее пылкие из адвокатов своими пылкими  ре-
чами играли на чувствах присяжных. Я всегда обращал их внимание на имею-
щиеся в нашем распоряжении улики.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.