Случайный афоризм
Дураки и безумцы - вот два разряда поклонников, которых писатель имеет при жизни. Э. и Ж.Гонкур
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

теперь старался собрать остатки сил и помочь Моргану и Келсону.
     И только солдаты были заняты исключительно Дерри.
     Дункан решил, что настало время вывести Риченду из состояния отчаяния
и безысходной тоски и расспросить обо всем, что произошло.
     - Миледи, - тихо позвал он.
     Риченда вздрогнула, громко высморкалась и, вытерев слезы  платком,  с
несчастным видом опустила голову, не глядя на Дункана.
     - Я сделала ужасную вещь, отец, - прошептала она. - Я сделала ужасную
вещь и даже не могу просить у вас прощения, так как я снова сделала бы  то
же самое, если бы представился случай.
     Дункан быстро перебрал в уме все, что слышал о происшедшем, но не мог
понять, что же она имеет в виду. Он совершенно забыл в тот момент, что  не
имеет права исполнять обязанности священника, и сердечно спросил:
     - О чем вы говорите, миледи? Я не понимаю, за что  вы  можете  ругать
себя. Во всем происшедшем вашей вины нет... Разве Дерри не обманом заманил
вас сюда? Разве не он устроил похищение вашего сына?
     Риченда покачала головой.
     - Вы не понимаете, отец. Мой... мой муж стоял здесь, в этом кругу. Он
похитил мое дитя. И я хотела убить его.
     - Вы хотели убить его? - переспросил с удивлением Дункан, не в  силах
понять, как это хрупкое создание может кому-то угрожать смертью.
     - Да. И я убила бы его, если бы здесь не оказалось Венсита и если  бы
Дерри не помешал мне. Вы Дерини, отец, и вы знаете, о чем я говорю.
     - Знаю, - Дункан замолчал, внезапно поняв все. - Миледи, -  прошептал
он, чтобы никто не слышал, - вы Дерини?
     Она кивнула не глядя на него.
     - А Бран знает об этом?
     - Теперь знает, - прошептала она, взглянув ему в лицо. - О отец, я не
хочу лгать вам. Есть еще одна причина, по  которой  я  хотела  убить  его.
Боже, помоги мне! Отец, я люблю другого человека. Я люблю  Аларика,  и  он
любит меня. Но я пока не нарушила своей супружеской клятвы. И если  Аларик
убьет Брана завтра... О, простите меня, отец, я совсем не молюсь о  Бране.
Он ведь предатель. Боже, что мне делать?
     Она снова зарыдала. Дункан обнял ее за плечи и заставил  присесть  на
край постели Келсона.
     Морган и  Келсон,  опустившись  на  колени,  все  еще  трудились  над
неподвижным телом Дерри, а рядом стоял Арлиан и смотрел на них.
     Дункан ничем не мог помочь им. Ведь в руках у него была чаша, которую
он не мог отложить, пока не выпьет до  дна.  Он  наклонил  голову  и  стал
размышлять.
     Риченда и Аларик.  Конечно.  Теперь  все  понятно.  Нужно  было  быть
слепцом, чтобы не увидеть всего этого раньше.
     Зная щепетильность Аларика, Дункан был уверен,  что  между  ними  еще
ничего не произошло. Да и Риченда  поклялась,  что  не  нарушила  верность
супружескому ложу.
     Но Дункан знал, что оба они сейчас чувствуют внутреннюю вину.  Дункан
подумал, почему же Морган не поделился с ним, но затем  сообразил,  что  у
них совершенно не было времени. К тому же, наверняка Аларик  считает  свое
чувство постыдным, бесчестным, а потому и не  захотел  в  этом  признаться
даже своему другу и родственнику. Возжелать жену ближнего своего - это  же
страшный грех в глазах Аларика.
     Но Риченда обратилась к нему как к священнику. А имеет ли он право на
такое обращение? Кто он - Дерини или священник? С тех пор  как  он  принял
обет, у него не было сомнений в том, что должен быть священником.
     Дункан посмотрел на Арлиана. Ведь у Арлиана не было сомнений  в  том,
что вполне можно быть одновременно и служителем Церкви и  Дерини.  Он  уже
много лет епископ, и ни одна из его ипостасей не входила в  противоборство
с другой. Но сам же Арлиан говорил, что со времен Реставрации  только  два
Дерини получили духовный сан: он и Дункан.
     И Дункан не сомневался, что Арлиан искренне верил в свое призвание  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.