Случайный афоризм
Моя родина там, где моя библиотека. (Эразм Роттердамский)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Его жена, например. Когда он исчез,  его  жена  вопила  о  кровавом
преступлении здесь, в клубе. Затем она внезапно замолкла, и все, что можно
услышать теперь от нее, - это показное молчание.
     - Она обвиняла кого-либо?
     - Насколько я слышал, нет. Она не называла имен.
     - А почему же она изменила свою версию?
     - Ваша догадка столь же справедлива, как и моя, мистер. Может быть, и
лучше.
     Тема его несколько нервировала. Он переменил ее.
     - Но я не об этом хотел с вами поговорить. Это о  другом  парне.  Его
зовут Мартель - влиятельный француз.
     - А что о нем?
     - Я испытываю странное ощущение, будто я видел его где-то раньше.  Он
распрямил свои пальцы. Во всяком случае, я уверен, что он не француз.
     - А кто он?
     - Тоже, что и я, может быть... - Он  сделал  глупое  лицо,  намеренно
дурачась, чтобы его слова прозвучали  обиднее  для  Мартеля.  -  Такая  же
индейская помесь, как и я. Он никогда сюда не заходил. Только  однажды,  и
тогда он только раз посмотрел на меня, и больше здесь не бывал.
     Оркестр начал играть. Кое-кто вышел из  столовой  и  заказал  бренди.
Увертываясь от танцующих пар, я вернулся к столу Питера. Стоящее перед ним
блюдо с десертом было пусто, кроме небольшой полоски шоколада. Он выглядел
смущенным и подавленным.
     - Я думал, вы уже ушли, - сказал он.
     - Я беседовал в баре с некоторыми друзьями мистера Фэблона.
     - Доктор Сильвестр?
     - Он был одним из них, - ответил я.
     - Я также перекинулся с ним несколькими словами. Он надевает на  себя
жесткую личину. Но он беспокоится о Джинни, я знаю.
     - Мы все беспокоимся.
     - Вы не думаете, что нам следует вернуться к дому  Мартеля?  -  Питер
сделал усилие встать.
     - Не до тех пор, пока у нас будет в  руках  что-нибудь  существенное,
чтобы стукнуть по нему.
     - Что, например?
     - Какое-либо веское доказательство того, что он не тот, за кого  себя
выдает. Я пытаюсь прояснить что-то сейчас.
     - А что мне делать?
     "Идите и побегайте по берегу", - хотелось мне сказать. Но я сказал:
     - Вы должны ждать. И вы должны привыкнуть  к  мысли,  что  все  может
пойти совсем не так, как вам хочется.
     - Вы что-нибудь выяснили?
     - Ничего определенного,  но  у  меня  есть  предчувствие.  Все  здесь
началось не  очень  удачно  и  окончиться  может  также  несчастливо.  Мне
кажется,  все  вернется  назад,  по   крайней   мере   к   предполагаемому
самоубийству Роя Фэблона.
     - "Предполагаемому"?
     - Во всяком случае, один человек, из тех кто его знал, не верит,  что
это было самоубийство. Он  предполагает,  что  и  другие  тоже  могут  так
думать.
     - Кто бы ни сказал вам это, это всего лишь предположение.
     - Возможно. Но он католик, и он восхищался Роем Фэблоном. Он не хотел
бы думать, что Рой был самоубийцей. Ваш отец  сказал  мне,  между  прочим,
одну любопытную вещь.
     - Я не знал, что вы говорили с моим отцом. - Голос Питера звучал сухо
и подозрительно, будто я перебежал во вражеский лагерь.
     - Я поехал к вам домой, чтобы поговорить с вами  после  полудня.  Ваш
отец сказал мне, помимо прочего, что тело Роя Фэблона было так изуродовано
акулами, что его едва можно было узнать. В каком состоянии было его лицо?
     - Я сам его не видел. Мой отец - да. Все, что они мне показали, - это

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.